Осенью вступает в силу новый закон о цифровых правах. Что это может значить для россиян?

Поправки в ГК с 1 октября: цифровые права, электронная форма сделок, смарт-контракты и другие изменения

С 1 октября 2020 года вступит в силу Федеральный закон от 18.03.2020 N 34-ФЗ (далее – Закон N 34-ФЗ), который предусматривает ряд нововведений в ГК РФ. Целью закона является закрепление базовых положений для регулирования рынка новых “цифровых” объектов экономических отношений (в частности, криптовалюты), а также для совершения и исполнения сделок в цифровой среде.

Цифровые права

Появится новый объект гражданских прав – цифровые права, которым будет посвящена отдельная статья ГК. Цифровыми признаются права, содержание и условия осуществления которых определяются по правилам информационной системы, отвечающей установленным законом признакам.

– цифровые права должны быть названы в таком качестве в законе;

– осуществление таких прав, распоряжение или ограничение распоряжения ими возможны только в информационной системе;

– по общему правилу обладателем цифрового права считается лицо, которое может им распоряжаться;

– переход цифрового права по сделке не требует согласия должника;

– прямо допускается оборотоспособность цифровых прав (к ним будут применимы общие положения о купле-продаже).

Создание цифровых прав, сфера их использования и особенности оборота будут определяться федеральными законами, разрабатываемыми с участием Банка России, Минфина, Минэкономразвития и иных ведомств.

Электронная форма сделки

Изменятся правила о письменной форме сделки: к ней приравнено совершение сделки с помощью электронных и иных технических средств. Для совершения сделки в электронной форме необходима возможность воспроизвести ее содержание в неизменном виде на материальном носителе, а также достоверно определить волеизъявляющее лицо. При этом специальный способ определения лица может быть установлен в правовых актах или соглашении сторон.

Предполагается, что нововведения позволят не только создать основу для заключения смарт-контрактов, но и упростить совершение многих односторонних сделок.

Смарт-контракты

Вводится норма об использовании так называемых смарт-контрактов: по условиям сделки возникающие из нее обязательства могут исполняться без отдельного волеизъявления сторон путем применения информационных технологий.

Напоминаем, что в тексте пояснительной записки механизм действия смарт-контрактов объяснялся следующим образом. После идентификации пользователей в информационной системе дальнейшее их поведение подчиняется алгоритму компьютерной программы. Лицо, приобретающее цифровое право, получит этот объект автоматически при наступлении определенных обстоятельств. Сделка будет исполнена без дополнительных распоряжений сторон: у продавца будет списано цифровое право, а у покупателя деньги. Таким образом, воля лица, направленная на заключение договора, включает в себя и волю, направленную на исполнение обязательства.

Прочие изменения

Отдельно указаны возможности применения электронных средств при голосовании на собрании, формировании документа, подтверждающего оплату товара, заключении договора номинального счета, договора страхования. Однако составление завещания с помощью технических средств не допускается.

Кроме того, в ГК РФ будут установлены особенности договора об оказании услуг по предоставлению информации. Предусмотрена возможность ввести запрет на совершение действий, в результате которых информация может быть раскрыта третьим лицам. Нововведения разработаны, прежде всего, для сферы сбора и обработки значительных массивов обезличенной информации.

Действие поправок во времени

Положения Гражданского кодекса в редакции Закона N 34-ФЗ будут применяться к отношениям, возникшим после 1 октября 2020 г., а также к правам и обязанностям, которые возникнут после указанной даты.

См. также:

Проект Федерального закона N 419059-7 “О цифровых финансовых активах”;

Проект Федерального закона N 419090-7 “О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ”.

Осенью 2020 года вступает в силу новый закон о цифровых правах. Что это может значить для россиян?

Все больше платежей и сделок сейчас осуществляются через интернет. Для покупки практически любого товара в интернет-магазине достаточно заполнить данные о доставке и нажать кнопку “оплатить”.

В связи с этим нужен новый закон, который будет регулировать безналичную онлайн-экономику.

В чем смысл закона

Цифровые права (п. 1 новой ст. 141.1 ГК РФ) – права, которые соответствуют правилам информационной системы и соответствуют законам РФ.

Суть нового законопроекта в том, что любая сделка, осуществленная с помощью технологических средств, будет приравниваться к письменному согласию. То есть если вы купите, например, утюг через интернет-магазин – это значит, что в отношении этой сделки действуют все те же законы, что и к покупке в магазине. У вашего продавца спишется цифровое право, а у вас спишутся деньги с кошелька.

Если вы хотите узнать, как в 2020 году решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

Также в этом проекте будут учитываться автоматические платежи, которые совершаются без вашего участия. Копилки в онлайн-банках, пополнение счета мобильного – простейшие примеры автоплатежей. Теперь в ГК РФ расписан порядок электронных сделки наряду с обычными.

Данный закон уже утвержден, вступит в силу 1 октября 2020 г.

Плюсы и минусы

Из плюсов: с этим законопроектом станет проще осуществлять сделки и цифровые права граждан будут защищаться, даже если сделка осуществлена через интернет.

Из минусов: само понятие криптовалюты все еще не закреплены законодательно, определение “цифровых прав” можно трактовать по-разному, как работают эти права внутри информационной системы – тоже не уточняется.

Личный опыт

Я часто совершаю сделки в интернете. В основном из-за того, что некоторые товары и услуги тяжело или практически невозможно найти в моем родном городе. Доски объявлений, интернет-магазины, объявления в соцсетях – незаменимые для меня источники, в которых я ищу товары и предложения.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

Но и мне, и любому пользователю может попасться недобросовестный продавец. Такими нечестными людьми “знамениты” такие сервисы, как “Авито” и “Юла”. Каждый раз, покупая что-то напрямую от частного продавца без отзывов, я сильно рискую. Мой товар могут не отправить (если продавец в другом городе), украсть данные моих карт или развести на залог перед покупкой.

Главный лично для меня минус: если я захочу использовать криптовалюту, то в случае конфликта я ничего не смогу поделать и придется просто смириться с потерей или кражей денег.

Или задайте вопрос юристу на сайте. Это быстро и бесплатно!

В России вступил в силу закон о «цифровых правах»

1 октября в России вступил в силу закон о цифровых правах, закрепляющий базовое определение «цифровое право» (юридический аналог термина «токен»), и определяющий его участие в обороте как объекта гражданских прав.

Председатель комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников, комментируя новый закон, отметил: «Это новая сфера для российского права, поэтому важно закрепить основные положения в Гражданском кодексе».

В частности, закон ввёл в ГК РФ несколько базовых положений о новых цифровых объектах экономических отношений. Фактически эти новые объекты создаются и используются и в России, и за рубежом, но российским законодательством напрямую до сих пор не регламентировались, поэтому лица, приобретающие такие объекты, а также их кредиторы и наследники могли оказаться без правовой защиты, отметил парламентарий. Он сказал:

«Цифровые технологии очень прочно вошли в нашу жизнь. В Интернете развивается рынок таких объектов как «токены», «криптовалюта» и др. Довольно широко распространено заключение контрактов в Интернете. Приобретение товаров и оплата услуг онлайн уже стала одной из главных тенденций потребительского рынка. Появление новых цифровых возможностей существенно упрощает нашу жизнь, но поскольку эти отношения не были урегулированы напрямую законодательством, создавались большие риски. Закон позволяет обеспечить правовые условия для совершения и исполнения сделок в цифровой среде, для предоставления защиты гражданам и организациям по таким сделкам».

Закрепляется базовое определение «цифровое право» (юридический аналог термина «токен»), под которым понимается совокупность электронных данных (например, цифровой код, обозначение), удостоверяющие права на такие объекты гражданских прав, как вещи, разное имущество, результаты работ, оказание услуги и исключительные права. Теперь оборот «цифровых прав» будет осуществляться лишь посредством внесения записей в информационную систему. В законе прописано, что выражение лицом своей воли при помощи электронных или других аналогичных технических средств приравнивается к простой письменной форме сделки. Для целей исполнения сделок с цифровыми правами введено правило, согласно которому факт совершенного компьютерной программой исполнения сделки не оспаривается.

Регулируется сфера «смарт-контрактов» (условие об автоматическом исполнении договора). Решается вопрос о легализации сбора и обработки значительных массивов обезличенной информации («big data»). «Для этого вводится в ГК РФ конструкция договора об оказании услуг по предоставлению информации. Такой договор предусматривает защиту от получения информации третьими лицами», – отметил Крашенинников.

Первоначальная редакция проекта закона содержала номы, касающиеся криптовалют. Но при подготовке ко второму чтению были исключены положения о цифровых деньгах, поскольку сейчас их введение в гражданский оборот профильному комитету видится преждевременным. В итоге, криптовалютные токены были заменены «цифровыми правами».

Правила, которым должны соответствовать информационное системы, плюс виды цифровых прав и особенности их эмиссии, определяются другими законами. Скорее всего, это закон «О цифровых финансовых активах», принятие которого неоднократно откладывалось.

«Цифровое право» с точки зрения права

Источник: “Континент Сибирь”

Автор: Федор Туров

1 октября вступил в силу закон, закрепляющий в Гражданском кодексе понятие «Цифровые права». Он фиксирует базовые нормы для регулирования оборота цифровых прав и позволяет обеспечить судебную защиту прав граждан и юридических лиц, возникающих в отношениях цифровой экономики. Законом закрепляется базовое определение «цифровое право» (юридический аналог термина «токен»), определяется его участие в обороте как объекта гражданских прав. Что это сулит бизнесу, разбирался «Континент Сибирь».

«Законом введены в ГК РФ несколько базовых положений о новых цифровых объектах экономических отношений. Фактически эти новые объекты создаются и используются и в России, и за рубежом, но российским законодательством напрямую до сих пор не регламентировались, поэтому лица, приобретающие такие объекты, а также их кредиторы и наследники могли оказаться без правовой защиты», — отметил председатель комитета по государственному строительству и законодательству Госдумы РФ Павел Крашенинников. По его мнению, данный закон является основополагающим для регулирования отношений в рамках цифровой экономики.

С юридической точки зрения появление цифрового права в качестве нового объекта гражданских прав продиктовало внесение изменений и в сферу договорных отношений. Цель нового закона — упростить процесс заключения сделок в Интернете и с использованием различных технических средств. Упрощение формы заключения сделки (вместо составления договора — нажатие кнопки и набор кода, полученного в SMS) компенсируется «утяжелением» идентификации пользователя, например, через усложненную систему авторизации. Исключением станут лишь те направления, где в законе есть четкий запрет на использование электронных и технических средств. Например, оформление завещания.

Что же изменится?

«Наконец-то закон отдал дань и удостоил вниманием цифровую сферу отношений. Теперь официально нашло свое отражение понятие цифровых прав, — комментирует старший юрист компании «Ветров и партнеры» Елизавета Разина. — Обязательным условием реализации цифровых прав является использование информационной системы, фиксирующей подобные права. Такой информационной системой может быть блокчейн. Перечень цифровых прав и обязательств будет исчерпывающим. Права будут связаны с передачей вещи, выполнением работ или оказанием услуг, размещением ценных бумаг. Оборот криптовалюты закон пока обошел стороной. Появление в законе отдельной статьи о договоре об оказании услуг по предоставлению информации фактически подтверждает возможность оборота данных. Тем самым сделан первый шаг на пути к регулированию оборота данных и формированию их легального рынка».

Пока что, по оценке юристов, изменения носят общий характер и отражают правила, которые уже фактически сложились, но пока не получили юридического оформления. Например, признание действительным договора, заключенного с использованием электронных и технических средств, давно уже вошло в правоприменительную практику судов, в том числе при рассмотрении споров в сфере электронной коммерции, обработки персональных данных. Но даже такие общие нормы упрощают защиту прав по сделкам, заключенным с помощью электронных средств.

Аналогичной точки зрения придерживаются и участники сферы ИТ. «Масштабная трансформация рынка уже произошла, когда было закреплено юридическое понятие цифровой подписи, — тогда разработчики средств инфобезопасности и их заказчики должны были оперативно внедрять новые средства защиты, — поясняет «Континенту Сибирь» эксперт департамента информационной безопасности группы компаний Softline Илья Тихонов. — Тем не менее чем больше в нашей жизни цифрового взаимодействия, тем более уязвимыми становятся данные, а значит, будут появляться новые регламенты в области их защиты. Необходимо установить четкие требования к сайтам, которые предоставляют цифровые услуги, — в настоящее время на рынке существует, например, огромное число интернет-магазинов, которые пренебрегают средствами защиты информации».

На первый взгляд, вступивший в силу закон не отразится на работе компаний и специалистов, работающих в сфере информационной безопасности, — они в большинстве своем уже работают в оформленных законом рамках. Пока, по оценке юристов, закон закрепляет лишь общие и базовые понятия из цифровой сферы, оставляя за кадром правила использования информационных систем, требования к их владельцам и обеспечению информационной безопасности при реализации цифровых прав.

«В текущей редакции законодатель заложил лишь фундамент для регулирования цифровой экономики, оборота данных, — поясняет Елизавета Разина. — В отсутствие детального регулирования вопросов оборота цифровых прав, использования и обеспечения информационной безопасности пока преждевременно говорить о каком-либо противоречии, конфликте в законах». По мнению юриста, пока скорее можно говорить о недостатках правовых инструментов в цифровой сфере, на рынке данных.

«Новые нормы кодекса — это основа для будущего законодательства о цифровых правах, которое находится в стадии разработки, — добавляет исполнительный директор Юридического бюро «Падва и Эпштейн» Антон Бабенко. — Далее планируется детально урегулировать вопросы, возникающие при обращении цифровых финансовых активов, а также при исполнении обязательств по смарт-контрактам. На этой стадии можно оценить позитивно готовность законодателя начать развивать законодательство в этой сфере, восполнить имеющиеся пробелы и установить правовые последствия действий и сделок с цифровыми правами и активами».

Рост ответственности

Вступление в силу рассматриваемого закона очень «удачно» совпало с серией скандалов, связанных с утечками данных из крупных компаний, в том числе государственных. Примерно в это же время на одном из ИТ-форумов в Новосибирске представители спецслужб открыто сообщили о том, что с будущего года наказывать за нарушение закона № 187 «О безопасности критической инфраструктуры» будут жестче, чем раньше.

«Ранее законом была ужесточена ответственность за незаконный сбор, обработку персональных данных. Помимо административных штрафов, исчисляемых десятками и сотнями тысяч рублей, может быть и лишение свободы за нарушение неприкосновенности частной жизни — это ч. 1 ст. 137 УК РФ, — комментирует Елизавета Разина. — Несмотря на то что такие приговоры стали все чаще встречаться в отношении сотрудников банков, страховых компаний, операторов платежей, последние продолжают формировать серый рынок сбыта персональных данных. И если закон о цифровых правах пока только допускает оборот данных, то не исключено, что для борьбы с серым рынком данных законодатель все же усилит ответственность за утечку данных».

Илья Тихонов добавляет, что законодательство в области защиты персональных данных наверняка будет ужесточаться, так как любое действие, совершенное через Интернет, будь то участие в голосовании или подключение автоплатежа, теперь является юридически закрепленным. «Кроме того, новый документ существенно облегчит работу юристов, так как до настоящего времени они сталкивались со сложностями в толкованиях некоторых терминов в рамках судебных разбирательств: «цифровое право», «вредоносный код», «смарт-контракт» и так далее», — добавляет Илья Тихонов.

Что еще вводит закон?

«Закон о цифровых правах вносит изменения в Гражданский кодекс, согласно которым за цифровыми правами закрепляется место в составе объектов гражданских прав и дается их законодательное определение», — продолжает Антон Бабенко. Что же представляют собой «Цифровые права», согласно Гражданскому кодексу? Под ними предлагается понимать особые «обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу».

Также в правовое поле вводится сфера «смарт-контрактов» — условие об автоматическом исполнении договора. Такие условия договоров распространены в банковской сфере. Например, клиент может поручить банку списание коммунальной платы в режиме «автоплатежа» — де-факто такие услуги существуют уже давно, но юридически они были оформлены только в 2020 году. Востребованы они и в электронной торговле.

В результате лицо, покупающее тот или иной виртуальный объект, получит его автоматически при наступлении указанных в соглашении обстоятельств. У продавца будет списано цифровое право, а у покупателя — деньги.

Что еще будет сделано?

Сейчас, как сообщили эксперты, решается вопрос о регулировании в правовом поле сбора и обработки значительных массивов обезличенной информации — «больших данных». Для этого в ГК вводится конструкция договора об оказании услуг по предоставлению информации. Такой договор предусматривает защиту от получения информации третьими лицами.

Поправки о цифровых правах вступили в силу

С 1 октября 2020 года вступили в силу поправки о цифровых правах и сделках в электронной форме, внесенные в ГК Федеральным законом № 34-ФЗ (Федеральный закон от 18.03.2020 № 34-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Напомню, ключевое изменение, внесенное указанным выше законопроектом — статья 141.1 ГК РФ, в которой определено понятие цифровых прав: «названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам».

Из этого следует, что норма о цифровых правах является декларативной — то есть для ее применения нужно, чтобы конкретная разновидность цифровых прав была предусмотрена в законе.

Предусматривается, что одним из способов финансирования в рамках инвестиционной платформы может быть приобретение «утилитарных цифровых прав» — цифровых прав, удостоверяющих право требования передачи вещей, выполнения работ, оказания услуг, отчуждения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или предоставления права использования такого результата.

Однако Закон о краудфандинге вступает в силу только с 1 января 2020 года, соответственно, на данный момент можно сказать, что поправки в ГК, касающиеся цифровых прав, не применяются, несмотря на то что они вступили в силу — в силу отсутствия в других законах поименованных цифровых прав.

Оба указанных выше закона в период их рассмотрения в Государственной думе всегда ассоциировались с третьим законопроектом — «О цифровых финансовых активах». Этот законопроект должен был урегулировать статус криптовалют. Однако, этот законопроект был принят только в первом чтении и остановился на этапе внесения поправок, а в конце 2018 года депутаты вообще заявили об отказе от урегулирования статуса криптовалют. Соответственно, урегулирование этого института, в том числе как разновидности цифровых прав, пока ждать не приходится.

Что касается других изменений Федерального закона № 34-ФЗ — расширенное понятие сделок в электронной форме и легализация «смарт-контрактов», то какая-либо практика применения этих поправок пока не сформировалась. Скорее всего, необходимо будет дождаться возникновения какого-либо спора, связанного с, например, исполнением «смарт-контракта» или совершением сделки в информационной системе, чтобы понять, как эти правила будут применяться на практике.

Научитесь составлять управленческую отчетность в нашем новом онлайн-курсе. Собственники готовы платить за управленческие отчеты больше, чем за налоговые. Дадим алгоритм настройки отчетов и покажем, как встроить их в ваш повседневный учет.

Обучение дистанционно. Выдаем сертификат. Записывайтесь на курс «Все про управленческий учет: для бухгалтера, директора и ИП». Пока за 3500 вместо 6000 руб.

Поправки о цифровых правах вступили в силу

С 1 октября 2020 года вступили в силу поправки о цифровых правах и сделках в электронной форме, внесенные в ГК Федеральным законом № 34-ФЗ [1] . Я уже писал об этих поправках ранее, стоит посмотреть, не изменилось ли что-нибудь к моменту вступления поправок в силу.

Напомню, ключевое изменение, внесенное указанным выше законопроектом – статья 141.1 ГК РФ, в которой определено понятие цифровых прав: «названные в таком качестве в законе обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам». Из этого следует, что норма о цифровых правах является декларативной – то есть для ее применения нужно, чтобы конкретная разновидность цифровых прав была предусмотрена в законе.

Одна из таких разновидностей цифровых прав уже предусмотрена – в принятом в августе этого года Федеральном законе «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» [2] , часто называемом «Закон о краудфандинге». Указанный закон регулирует отношения в сфере коллективного финансирования, устанавливает статус, обязанности и ответственность краудфандинговых платформ (в терминологии закона – «инвестиционные платформы»).

Предусматривается, что одним из способов финансирования в рамках инвестиционной платформы может быть приобретение «утилитарных цифровых прав» — цифровых прав, удостоверяющих право требования передачи вещей, выполнения работ, оказания услуг, отчуждения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или предоставления права использования такого результата. Утилитарные цифровые права возникают на основании договора, заключенного с использованием инвестиционной платформы, и их оборот также фиксируется в инвестиционной платформе. С учетом вышеупомянутого общего определения цифровых прав можно предположить, что регулирование Закона о краудфандинге будет распространяться на многие проекты ICO.

Однако Закон о краудфандинге вступает в силу только с 1 января 2020 года, соответственно, на данный момент можно сказать, что поправки в ГК, касающиеся цифровых прав, не применяются, несмотря на то что они вступили в силу – в силу отсутствия в других законах поименованных цифровых прав.

Оба указанных выше закона в период их рассмотрения в Государственной думе всегда ассоциировались с третьим законопроектом – «О цифровых финансовых активах». Этот законопроект должен был урегулировать статус криптовалют. Однако, этот законопроект был принят только в первом чтении и остановился на этапе внесения поправок, а в конце 2018 года депутаты вообще заявили об отказе от урегулирования статуса криптовалют. Соответственно, урегулирование этого института, в том числе как разновидности цифровых прав, пока ждать не приходится.

Что касается других изменений Федерального закона № 34-ФЗ – расширенное понятие сделок в электронной форме и легализация «смарт-контрактов», то какая-либо практика применения этих поправок пока не сформировалась. Скорее всего, необходимо будет дождаться возникновения какого-либо спора, связанного с, например, исполнением «смарт-контракта» или совершением сделки в информационной системе, чтобы понять, как эти правила будут применяться на практике.

[1] Федеральный закон от 18.03.2020 № 34-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации».

[2] Федеральный закон от 02.08.2020 № 259-ФЗ «О привлечении инвестиций с использованием инвестиционных платформ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Как с 1 октября изменится законодательство о «цифровых правах»

Председатель Комитета по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников

Крашенинников
Павел Владимирович Депутат Государственной Думы избран в составе федерального списка кандидатов, выдвинутого Всероссийской политической партией «ЕДИНАЯ РОССИЯ» сказал, что данный закон является основополагающим для регулирования отношений в рамках цифровой экономики. Это новая сфера для российского права, поэтому важно закрепить основные положения в Гражданском кодексе. Конкретные правила оборота цифровых объектов устанавливаются в специальных законах.

«Законом введены в ГК РФ несколько базовых положений о новых цифровых объектах экономических отношений. Фактически эти новые объекты создаются и используются — и в России и за рубежом, но российским законодательством напрямую до сих пор не регламентировались, поэтому лица, приобретающие такие объекты, а также их кредиторы и наследники могли оказаться без правовой защиты», — отметил Павел Крашенинников.

Цифровые технологии очень прочно вошли в нашу жизнь. В сети Интернет развивается рынок таких объектов, как токены, криптовалюта и др. Довольно широко распространено заключение контрактов в сети Интернет путем нажатия кнопок на компьютере, смартфоне или отправки СМС. Приобретение товаров и оплата услуг онлайн уже стала одной из главных тенденций потребительского рынка. Появление новых цифровых возможностей существенно упрощает нашу жизнь, но поскольку эти отношения не были урегулированы напрямую законодательством, создавались большие риски. Закон позволяет обеспечить правовые условия для совершения и исполнения сделок в цифровой среде, для предоставления защиты гражданам и организациям по таким сделкам, сообщил Павел Крашенинников.

Законом закрепляется базовое определение «цифровое право» (юридический аналог термина «токен»), определяется его участие в обороте как объекта гражданских прав.

С этой целью вводится новая статья 141.1 ГК РФ «Цифровые права». Под цифровыми правами предлагается понимать особые «обязательственные и иные права, содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам. Осуществление, распоряжение, в том числе передача, залог, обременение цифрового права другими способами или ограничение распоряжения цифровым правом возможны только в информационной системе без обращения к третьему лицу».

Для облегчения совершения сделок с цифровыми правами законом совершенствуются правила гражданского законодательства о форме сделок, в том числе договоров.

Устанавливается, что дистанционное выражение лицом своей воли с помощью электронных или других технических средств (смартфонов, компьютеров) будет приравнено к простой письменной форме сделки. В результате сделки, совершаемые путем отправки СМС или путем заполнения формы в сети Интернет будут считаться заключенными и действительными. Получат признание также электронные доверенности. Исключение — для завещаний, они не могут быть составлены с использованием электронных средств.

Регулируется сфера «смарт-контрактов» (условие об автоматическом исполнении договора).

Такие условия договоров распространены в банковской сфере (например, клиент может поручить банку списание коммунальной платы в режиме «автоплатежа»). Также они востребованы и в электронной торговле. В результате лицо, покупающее тот или иной виртуальный объект, получит его автоматически при наступлении указанных в соглашении обстоятельств. У продавца будет списано цифровое право, а у покупателя деньги.

Решается вопрос о легализации сбора и обработки значительных массивов обезличенной информации («big data»). Для этого вводится в ГК РФ конструкция договора об оказании услуг по предоставлению информации. Такой договор предусматривает защиту от получения информации третьими лицами.

Источники:
http://zakonguru.com/izmeneniya/zakon-o-cifrovyx-pravax.html
http://coinspot.io/law/russia_sng/v-rossii-vstupil-v-silu-zakon-o-cifrovyh-pravah/
http://vitvet.com/about/news/kontinent_sibir_cifrovoe_pravo_s_tochki_zreniya_prava/
http://www.klerk.ru/buh/articles/491748/
http://regforum.ru/posts/4584_popravki_o_cifrovyh_pravah_vstupili_v_silu/
http://duma.gov.ru/news/46432/
http://zakonguru.com/izmeneniya/zakon-o-dachax.html

Бесплатная консультация юриста по телефону:

Москва, Московская обл. +7(499)113-16-78

СПб, Ленинградская обл. +7(812)603-76-74

Звонки бесплатны. Работаем без выходных!

Ссылка на основную публикацию