Правила привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц в процессе банкротства

ВС пояснил нюансы привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности

30 сентября Верховный Суд РФ вынес Определение № 307-ЭС17-11745 (2) по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности должника его контролирующих лиц и взыскании с них свыше 2,7 млрд рублей.

Обстоятельства дела

С ноября 2000 г. Вениамин Грабар являлся президентом ОАО «Промышленная группа «Ладога» и участником АО «Холдинговая компания «Ладога», которая была собственником торговых марок группы компаний. В июле 2014 г. данный гражданин стал управляющим КТ «Ладоком холдинг КГ» (участник ООО «Ран-Эстейт», в собственности которого находится имущественный комплекс группы компаний «Ладога»). В период с 1999 г. до февраля 2010 г. Вениамин Грабар также был генеральным директором ООО «Холдинговая компания «Ладога», с 2014 г. – президентом ОАО «Ладога Дистрибьюшен», осуществляющего дистрибуцию алкогольной продукции группы компаний «Ладога».

В свою очередь, Андрей Купоросов в период с марта 2010 г. по февраль 2015 г. являлся руководителем, а в последующем ликвидатором ОАО «Промышленная группа «Ладога». Он также был участником АО «Холдинговая компания «Ладога», до сентября 2015 г. – участником КТ «Ладоком холдинг КГ».

В ходе выездных налоговых проверок «Промышленной группы «Ладога» было установлено, что в 2010–2011 гг. общество при участии подконтрольных ему фирм-«однодневок» осуществляло мероприятия, направленные на уменьшение налоговой нагрузки и получение необоснованной налоговой выгоды. В результате выявления искажения данных бухгалтерской отчетности налоговики доначислили обществу суммы налогов, сборов, пеней и штрафов.

Контролирующие органы также выявили факт вывода значительного объема денежных средств должника (свыше 1 млрд руб.) в пользу иностранной компании «Максбурн Лимитед». Так, поступающие от хозяйственной деятельности общества денежные средства перечислялись по цепочке в течение одного или двух банковских дней на расчетные счета доверенных лиц, а далее на счета организаций, имеющих договорные отношения с должником, либо на счета фирм-«однодневок». Указанные действия осуществлялись с января 2012 по декабрь 2013 г.

В марте 2014 г. при наличии задолженности по уплате обязательных платежей в бюджет РФ произошла реорганизация «Промышленной группы «Ладога»: имеющиеся активы юрлица были переведены на вновь созданное ООО «Группа Ладога», которое фактически начало работать в тех же помещениях и на оборудовании, ранее принадлежавшем должнику, с теми же работниками и контрагентами.

Кассация отказалась привлекать к субсидиарной ответственности одного из двух контролирующих лиц

В рамках дела о банкротстве должника ФНС России обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ряда лиц, включая Вениамина Грабара и Андрея Купоросова, а также о взыскании с них в солидарном порядке свыше 2,7 млрд руб.

Арбитражный суд удовлетворил заявление налоговой службы лишь частично. Он привлек Вениамина Грабара и Андрея Купоросова к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, отказав в удовлетворении остальной части заявления. Производство по обособленному спору было приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Впоследствии апелляция поддержала решение первой инстанции.

Обе инстанции исходили из того, что спорные действия должника не могли осуществляться без одобрения, участия и контроля указанных граждан, занимающих ключевые позиции в его руководстве. Суды также учли, что признаки неплатежеспособности общества возникли из-за привлечения к ответственности за налоговые правонарушения и взыскания с него значительной суммы задолженности в бюджет РФ. Впоследствии в результате перевода всего имущественного комплекса, товарных знаков и персонала общества в ООО «Группа Ладога» должник окончательно утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами. Следовательно, несостоятельность «Промышленной группы «Ладога» связана не с объективными рыночными факторами, а исключительно с его поведением, воля которого формируется именно контролирующими лицами.

Однако впоследствии окружной суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций относительно привлечения к субсидиарной ответственности Вениамина Грабара, отказав в удовлетворении заявления в этой части. Суд округа отметил, что согласно должностной инструкции президент общества подотчетен генеральному директору последнего. Он лишь контролировал эффективное взаимодействие трудового персонала должника, его структурных подразделений в целях достижения наибольшей экономической и маркетинговой эффективности, а также внедрение научно-технического прогресса по всем направлениям его деятельности.

Верховный Суд посчитал привлечение к субсидиарной ответственности обоснованным

В кассационной жалобе в Верховный Суд ФНС России просила отменить постановление окружного суда, ссылаясь на существенные нарушения норм права.

Изучив материалы дела № А56-83793/2014, высшая судебная инстанция отметила, что различные редакции Закона о банкротстве предусматривали и продолжают предусматривать возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации, когда невозможно погасить требования кредиторов).

«Несмотря на последовательное внесение законодателем изменений в положения, регулирующие спорные отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась. Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству», – отмечено в определении.

В то же время Верховный Суд подчеркнул, что установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (п. 3 Постановления Пленума ВС РФ о некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве от 21 декабря 2017 г. № 53). «Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. При ином подходе бенефициары должника в связи с подконтрольностью им документооборота организации имели бы возможность в одностороннем порядке определять субъекта субсидиарной ответственности путем составления внутренних организационных документов (локальных актов) выгодным для них образом, что недопустимо. Статус контролирующего лица устанавливается в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений», – пояснил Суд.

В рассматриваемом деле, указал ВС, Вениамин Грабар, согласно карточкам банковских счетов, был вправе распоряжаться денежными средствами общества самостоятельно. Он является управляющим КТ «Ладоком холдинг КГ» и участником АО«Холдинговая компания «Ладога», которым принадлежат основные активы должника (объекты недвижимости и интеллектуальной собственности). На встрече с представителями ФНС России при разрешении вопроса о снятии ареста со счетов ООО «Группа Ладога», а также в СМИ этот гражданин позиционировал себя в качестве бенефициара группы компаний «Ладога».

Как пояснил ВС РФ, именно совокупность вышеуказанных факторов позволила первой и второй судебным инстанциям констатировать наличие у Вениамина Грабара признаков контролирующего должника лица с возможностью формирования и реализации финансовых и иных административно-хозяйственных решений. Следовательно, бремя опровержения доводов ФНС России возлагается на указанного гражданина как процессуального оппонента. При этом ответчику недостаточно ограничиться только отрицанием обстоятельств, на которых настаивает истец, так как ему необходимо представить собственную версию вменяемых ему событий.

Высшая судебная инстанция заключила, что Вениамин Грабар не пояснил, как его предшествующее поведение согласуется с позицией в рассматриваемом обособленном споре, по которой он не признает себя контролирующим должника лицом. В связи с этим Верховный Суд отменил постановление окружного суда и оставил в силе судебные акты первой и второй инстанций.

Представитель Вениамина Грабара не согласился с выводами ВС

В судебном разбирательстве интересы Вениамина Грабара представлял управляющий партнер юридического центра «Lex&Juris» Захарий Моллер.

В комментарии «АГ» он сообщил, что определение Верховного Суда повлечет формирование отрицательной практики привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Он также отметил, что Судебная коллегия по экономическим спорам скорее внесла путаницу, чем единообразие в вопросах определения лица в качестве контролирующего.

По его мнению, вывод Суда о том, что Вениамин Грабар является бенифициарным владельцем, основан лишь на следующих обстоятельствах:

  • возможность (но не фактическая реализация права) распоряжаться денежными средствами должника;
  • участие и управление компаниями, которым принадлежат используемые должником основные активы (по сути, контрагенты должника);
  • встречи с представителями налогового органа;
  • якобы «позиционирование» себя в качестве бенефициара в СМИ.

«При этом Верховный Суд вышел за пределы своих полномочий, так как переоценил ряд фактических обстоятельств. Суды первой и апелляционной инстанций в основу своего вывода о наличии у Вениамина Грабара признаков контролирующего лица положили лишь только факт его участия и управления АО «Холдинговая компания «Ладога» и КТ «Ладоком холдинг КГ». ВС РФ, отменяя постановление окружного суда, не дал никакой оценки его выводам об экстраординарности такого механизма защиты прав кредиторов, как субсидиарная ответственность. Таким образом, Верховный Суд противоречит сам себе, так как в своем постановлении Пленума от 21 декабря 2017 г. № 53 он прямо указал, что «привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов». Совокупность обстоятельств, на которые сослался Верховный Суд РФ, не является достаточной для того, чтобы однозначно сделать подобный вывод, они являются косвенными доказательствами, которые напрямую друг с другом не согласуются», – полагает Захарий Моллер.

По его словам, в материалах дела нет ни единого доказательства того, что непосредственно Вениамин Грабар совершал какие-либо действия или заключил сделку, направленные на причинение вреда должнику или его кредитором. Он подчеркнул, что в противном случае налоговый орган в первую очередь сослался бы на это, а суды бы указали это в своей мотивировке решений. «Поэтому возложение на указанного гражданина бремени опровергать доводы налогового органа не имеет под собой законного основания. Бремя доказывания наличия оснований для ответственности лежит в данном случае на кредиторе – налоговом органе», – пояснил юрист.

Захарий Моллер добавил, что неопределенность в вопросах определения лица как контролирующего заключается также и в том, что Верховный Суд не дал внятную систему координат, по которой должностные лица компаний смогли бы однозначно определить себя как контролирующее лицо. «Подход ВС РФ не согласуется и с признаками для определения лица как контролирующего в ст. 61.10 Закона о банкротстве. Он также противоречит ст. 10 Закона, действующей на момент признания должника банкротом. «В определении Верховного Суда мы не видим то, как соотносятся установленные судом обстоятельства с нормой закона, раскрывающей признаки контролирующего лица», – подытожил юрист

Эксперт «АГ» оценил значимость выводов Верховного Суда

Юрист юридического бюро «ОЛИМП» Иван Хорев полагает, что определение ВС является важным, в первую очередь из-за того, что Суд дал более-менее ясные критерии и примеры того, какими косвенными доказательствами может быть подтвержден статус бенефициара должника и как их следует опровергать привлекаемому к ответственности бенефициару.

«Основной проблемой в данной категории споров является все-таки процесс доказывания того, что то или иное лицо осуществляло фактический контроль за должником и могло определять действия его органов управления, при этом формально не являясь руководителем должника. Вторым, не менее важным, выводом суда является указание на обязанность привлекаемого к ответственности лица со ссылками на доказательства раскрыть собственную версию инкриминируемых ему событий, что само по себе должно служить наиболее объективной оценке всех обстоятельств дела», – пояснил эксперт.

По его словам, тем самым Верховный Суд разъяснил стандарт доказывания бенефициаром своей добросовестности. «Выводы ВС, безусловно, будут учитываться судами нижестоящих инстанций при рассмотрении подобных споров, а также будут способствовать наиболее всестороннему судебному разбирательству по такой категории споров», – заключил Иван Хорев.

Правила привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц в процессе банкротства

Законодательство о банкротстве регулирует порядок привлечения руководства компании-должника к ответственности за нарушения в ходе ведения бизнеса и в ходе процесса признания физлица финансово несостоятельным. Среди разных видов ответственности отдельно выделяется субсидиарная ответственность.

Правовое регулирование

Закон о банкротстве регулирует вопросы привлечения юрлица к субсидиарной ответственности в рамках двух статей:

  1. Ст. 61.11 Закона о несостоятельности предусматривает субсидиарную ответственность за невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном размере.
  2. Ст. 61.12 – за несвоевременное предоставление или непредоставление заявления должника.

Закон о банкротстве 127-ФЗ был принят еще в 2002 году. Но за период его существования в него регулярно вносятся поправки. Возможность привлечения контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности была введена в 2009 году. С этого момента предприниматели рискуют своим имуществом за долги, связанные с ведением бизнеса.

Контролирующее лицо должника – это лицо, которое имеет право давать обязательные для исполнения компанией указания или имеет возможность другим образом влиять на действия должника.

Если вы хотите узнать, как в 2020 году решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

Основная цель законодательных инноваций – добиться максимально полного погашения обязательств компании перед кредиторами и, в частности, перед бюджетом.

Структура и содержание ст. 61.11 и 61.12

Статья 61.11. «Субсидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов» была введена 266-ФЗ от 2017 года. Она структурно состоит из 12 пунктов.

В п. 1 установлена субсидиарная ответственность по обязательствам должника при невозможности полного погашения требований кредиторов.

В п. 2 указаны основания для привлечения лиц к субсидиарной ответственности.

В п. 4 прописано, что положения указанной статьи могут распространяться на лиц, которые занимаются бухучетом или хранением бухгалтерской документации.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему, обращайтесь через форму онлайн-консультанта или звоните по телефонам:

В п. 8 предусмотрена солидарная субсидиарная ответственность нескольких контролирующих лиц, которые признаны виновными в доведении компании до банкротства.

В п. 9, 10 указано право арбитражного суда на уменьшение или освобождение лица от субсидиарной ответственности и условия для этого.

В п. 11 прописаны правила определения размера субсидиарной ответственности.

В п. 12 указаны дополнительные условия для привлечения к субсидиарной ответственности.

Кого могут привлечь к субсидиарной ответственности

К субсидиарной ответственности по 127-ФЗ могут привлечь контролирующих лиц должника. К ним относят тех, кто в течение 3 лет до инициации процедуры банкротства являлись:

  1. Руководителем или директором компании.
  2. Членами ликвидационной комиссии.
  3. Участниками и акционерами, которые владеют не менее 50%-й долей акций.
  4. Лицами, которые совершали сделки от имени предприятия-должника.
  5. Иными лицами, которые могли давать указания или определять действия компании по различным причинам.

Исходя из этого, решение о смене руководства не поможет реальным собственникам избежать субсидиарной ответственности. При этом «номинальный руководитель» приобрел, благодаря законодательным инновациям, возможность избежать субсидиарной ответственности. Для этого ему необходимо доказать, что он не оказывал определяющее значение на принимаемые компанией-банкротом решения.

Дополнительным преимуществом для номинального руководителя в суде станет то, если он поможет установить настоящее контролирующее лицо или найти сокрытые активы должника.

Порядок привлечения

Инициатива о привлечении лица к субсидиарной ответственности может исходить от кредиторов, конкурсных управляющих в деле о банкротстве, уполномоченных органов, представителей сотрудников, работников и бывших работников должника.

Для этого они должны указать на обстоятельства, при которых предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий или бездействия контролирующего должника лица.

Также инициаторы привлечения к субсидиарной ответственности должны доказать наличие причинно-следственной связи между совершением или одобрением руководителем должника сделок и фактом причинения вреда. Причинно-следственную связь доказывать не нужно в случае непредоставления руководством документов по бухгалтерскому учету или при искажении информации, которая там содержится.

Практически это означает, что предоставленные инициатором доказательства должны однозначно указывать на то, что действия контролирующего лица привели к банкротству.

Например, в рамках дела №А79-3955/2009 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности из-за совершения ими убыточных сделок. Но суды нескольких инстанций отказались встать на сторону управляющего и отказали в удовлетворении его заявления. Свою позицию суды основывали на следующем:

  1. Данные убыточные сделки не были единственной и безусловной причиной банкротства должника.
  2. Сделки были подписаны в период платежеспособности должника.
  3. Управляющий не предоставил доказательств того, что сделки были подписаны в целях их неисполнения или ненадлежащего исполнения, либо единственным мотивом их подписания стал уход от долгов через процедуру банкротства.
  4. Наличие у ответчиков права влиять на решения компании еще не делает возможным привлечение их к субсидиарной ответственности.

По другому делу №А56-7049/2012 суд привлек основного акционера к ответственности, так как было доказано, что он совершил ряд сделок уже при наличии признаков несостоятельности у компании. Поэтому данные договоры уже на этапе подписания считались неисполнимыми.

Формальные основания

Помимо причинения вреда имущественным интересам кредиторов, различают и иные основания для привлечения к субсидиарной ответственности. Формальными основаниями привлечения лиц к субсидиарной ответственности выступают:

  1. Неподача директором или учредителями заявления о несостоятельности по ст. 61.12 127-ФЗ.
  2. Нарушение в порядке ведения и хранения документов бухгалтерской отчетности и прочих документов, которые должны вестись на предприятии, либо отказ в их представлении арбитражному управляющему по пп.2, 4 п. 2 ст. 61.11 127-ФЗ.
  3. Более 50% задолженности обусловлено привлечением к уголовной, административной и налоговой ответственности по пп. 3 п. 2 ст. 61.11 127-ФЗ.

Данные факты гораздо проще доказать, чем наличие причинно-следственной связи между действиями должника и банкротством компании. Например, в деле №А73-684/2016 арбитражный суд привлек руководителя к субсидиарной ответственности, так как он не передал управляющему первичные бухгалтерские документы и не обратился в суд с заявлением о банкротстве.

Для того чтобы избежать ответственности, контролирующее лицо должно доказать факты отсутствия имущественного вреда кредиторам от непредоставления документации или нарушения в порядке ведения документов. Либо лицо может апеллировать к отсутствию вины в непредоставлении документов.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по этим основаниям инициаторы должны продемонстрировать факты привлечения к уголовной или налоговой ответственности и взыскания в результате привлечения к ответственности в размере более 50% от общей суммы долга.

В последней версии законодательства о банкротстве появились два дополнительных основания для привлечения к субсидиарной ответственности.

Если контролирующим лицом на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены сведения о юрлице:

  1. В ЕГРЮЛ на основании предоставленных документов.
  2. В ЕФРСБ о фактах деятельности юрлиц, которые обязательно вносятся компанией-должником. Это, в частности, данные о размере чистых активов или сведения о заложенном имуществе.

Второе основание – если должник, который отвечал признакам неплатежеспособности, совершил действия, которые существенным образом ухудшили его финансовое положение.

До недавнего времени по окончании конкурсного производства из-за отсутствия у должника денежных средств на проведение процедуры банкротства контролирующие лица освобождались от ответственности за долги компании. Но теперь ситуация изменилась, так как действующее законодательство позволило привлекать ответственных лиц за пределами процесса признания несостоятельности.

Руководителям предприятия не стоит забывать о том, что вывод активов незадолго до процедуры банкротства существенно увеличивает риски привлечения к ответственности.

Уменьшение размера субсидиарной ответственности или освобождение от нее судом

Уменьшение размера субсидиарной ответственности или освобождение судом от нее предусмотрено п. 9 ст. 61.11 127-ФЗ. Для того чтобы избавиться от бремени субсидиарной ответственности, лицо должно доказать следующие факты:

  1. При исполнении функций органов управления оно фактически не оказывало влияния на деятельность юрлица (осуществляло такие функции номинально).
  2. Было установлено фактически контролирующее должника лицо или скрываемое им имущество.

На основании п. 10 ст. 61.11 127-ФЗ контролирующее лицо должника освобождается от субсидиарной ответственности при доказательстве отсутствия вины в финансовом крахе компании, в частности если оно действовало стандартным условиям гражданского оборота, работало в интересах должника и его учредителей.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица

В п. 11 ст. 61.11 127-ФЗ прописана величина субсидиарной ответственности контролирующего лица должника. Она равна совокупному размеру кредиторских требований, которые были включены в реестр, а также заявленных после закрытия реестра в рамках текущих платежей и оставшиеся непогашенными после конкурсного производства из-за недостаточности имущества должника.

На основании п. 3 ст. 61.12 127-ФЗ в размер субсидиарной ответственности контролирующего лица должника не включаются требования, которые принадлежат самому лицу или заинтересованным по отношению к нему лицам.

По п. 2 ст. 61.12 127-ФЗ размер субсидиарной ответственности при непредоставлении заявления о банкротстве признается равным размеру обязательств должника, которые возникли после истечения сроков для заявления о своем банкротстве по п. 2-4 ст. 9 и до начала процедуры банкротства. Лицо может избежать ответственности, если докажет, что отсутствует причинно-следственная связь между невозможностью погашения кредиторских требований и нарушением обязательств по подаче заявления.

Таким образом, для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности нужно доказать наличие причинно-следственной связи между совершенными действиями и финансовым крахом компании. Привлечь руководство к ответственности возможно также по формальным основаниям, таким, как несвоевременная подача заявления о банкротстве, нарушения в ведении и хранении бухгалтерской документации или ее непредоставление управляющему. Лицо может избежать привлечения к субсидиарной ответственности, если сможет доказать два обоснованных обстоятельства: подписанные сделки соответствовали обычным условиям гражданского оборота, действия лица была направлены на предотвращение большего ущерба кредиторским интересам.

Или задайте вопрос юристу на сайте. Это быстро и бесплатно!

Субсидиарная ответственность контролирующих лиц при банкротстве должника: практика АС Московского округа

Институт субсидиарной ответственности (от лат. subsidiarus — резервный, вспомогательный) позволяет кредитору, не получившему удовлетворение требований от основного должника, предъявить эти требования к другому лицу (субсидиарному должнику).

Случаи, когда ответственность по обязательству возлагается на субсидиарного должника, могут быть предусмотрены законом, иными правовыми актами или условиями обязательства (пункт 1 статьи 399 ГК РФ). Одним из таких законов является Федеральный закон от 26.12.2002 № 127-ФЗ “О несостоятельности (банкротстве)” (далее – “Закон о банкротстве”), статьей 10 которого предусмотрена возможность привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих лиц в случае банкротства должника направлены на пресечение злоупотреблений и незаконных действий, предпринимаемых в целях уклонения от погашения кредиторской задолженности либо в целях сокрытия информации о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Закон о банкротстве устанавливает круг лиц, которые могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, основания возникновения такой ответственности, ее предельный размер, порядок привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Редакция статьи 10 Закона о банкротстве за последние восемь лет менялась несколько раз (См. федеральные законы от 30.12.2008 № 296-ФЗ, от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ). Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ в нее были внесены очередные изменения, часть из которых начнет действовать с 28.06.2017, часть – с 01 июля 2017 г., а часть – с 01 сентября 2017 г.

Увеличивающийся объем судебной практики по данному вопросу свидетельствует о растущем интересе к исследуемому институту со стороны участников дел о банкротстве.

Так, по данным Судебного департамента при Верховном суде РФ арбитражными судами РФ в 2015 году было рассмотрено 2676 заявлений об ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, за 1-ое полугодие 2016 года– 1305. Если соотнести указанные данные с общим количеством дел о банкротстве, принятых к производству за тот же период, можно сделать вывод о том, что вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности возникает в каждом пятнадцатом деле.

В СПС “КонсультантПлюс” по состоянию на 18.01.2017 было размещено 499 судебных актов Арбитражного суда Московского округа, принятых после 01.01.2001, в которых применялась статья 10 Закона о банкротстве. Из них по 331 делу суд кассационной инстанции отменил принятые нижестоящими судами судебные акты с направлением дела на новое рассмотрение. Только по 61 делу (что составляет 12 % от рассмотренных кассационным судом дел) заявленные требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности полностью или частично удовлетворялись. При этом в 2011-м году такое постановление было вынесено по одному делу, в 2012-м году – по двум, в 2013-м году – по шести, в 2014-м году – по девяти, в 2015-м году – по двадцати, а в 2016-м году – по двадцати трем делам. Похожая динамика прослеживается и в отношении размера сумм, взыскиваемых с контролирующих должника лиц. Если в 2011-м году максимальная сумма удовлетворенных требований составила чуть больше 7 млн. рублей, то в 2015-м году этот показатель превысил 1 млрд. рублей. Интересным с практической точки зрения, является тот факт, что самые большие суммы за исследуемый период были взысканы с контролирующих должника лиц по требованиям ИФНС.

Основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

Нарушение обязанности по подаче заявления должника о признании банкротом

Закон указывает ряд оснований, при наличии которых руководитель должника обязан в течение одного месяца с момента их возникновения подать в арбитражный суд заявление о признании должника банкротом (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве):

  • наличие признаков неплатежеспособности;
  • наличие признаков недостаточности имущества;
  • если удовлетворение требований одного кредитора повлечет невозможность удовлетворения требований других;
  • если удовлетворение требований одного кредитора повлечет либо существенно осложнит хозяйственную деятельность должника;
  • при отсутствии более трех месяцев средств на выплату заработной плат;
  • в иных случаях, предусмотренных законом.

Нарушение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых она возложена (пункт 1 статьи 10 Закона о банкротстве), т.е. руководителя должника (единоличный либо коллегиальный исполнительный орган), а при ликвидации юридического лица – ликвидатора или ликвидационной комиссии.

Практика АС Московского округа свидетельствует о том, что данное нарушение редко выступает самостоятельным основанием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности. На практике оно чаще применяется совместно с иными основаниями (например, уклонение руководителя должника от предоставления бухгалтерских документов арбитражному управляющему)[1].

Нарушение обязанности по передаче бухгалтерских документов

Самостоятельным основанием привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности контролирующих должника является отсутствие документов бухгалтерского учета (отчетности): они не переданы, либо не содержат информации об объектах, которую должны содержать, либо информация искажена, в результате чего существенно затруднено формирование конкурсной массы (абз.4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Отметим, что в предыдущей редакции (закон № 73-ФЗ) в качестве лица, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности по данному основанию, указывался только руководитель должника (пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве). Сегодня по этому основанию к субсидиарной ответственности может быть привлечено любое контролирующее должника лицо, на которое возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета (абз. 6 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Это основание в равной применимо в том числе к учредителю (участнику) должника, если у него находилась бухгалтерская документация в связи с увольнением руководителя должника или если он сам является руководителем должника[2].

Анализ практики АС Московского округа показывает, что нарушение обязанности по передаче бухгалтерской документации как основание для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности является наиболее распространенным. В качестве такого нарушения квалифицируются следующие действия:

  • непередача бухгалтерской документации арбитражному управляющему [3] ;
  • передача документов не в полном объеме [4] ;
  • непередача документов в отношении отдельного имущества должника [5] ;
  • искажение бухгалтерской документации [6] .

Утрата руководителем должника бухгалтерской документации по не зависящим от него причинам (например, при пожаре) не является основанием для освобождения его от обязанности по восстановлению данной бухгалтерской документации и её последующей передаче арбитражному управляющему, т.е. не препятствует привлечению руководителя к субсидиарной ответственности[7].

Совершение сделок, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов

Причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим должника лицом сделок в свою пользу либо одобрение этим лицом таких сделок является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности (абз 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве).

Чаще всего в таких ситуациях речь идет о сделке либо совокупности нескольких сделок, направленных на вывод активов должника без предоставления ему экономически обоснованного эквивалента либо безвозмездно (совершенные в преддверии банкротства сделки, недействительные по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; сделки, совершенные после возбуждения дела о банкротстве без согласования с временным управляющим)[8].

Требования уполномоченного органа превышают 50% общего размера требований кредиторов третьей очереди

Превышение требований уполномоченного органа 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди введено в Закон о банкротстве в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности Федеральным законом от 23.06.2016 № 222-ФЗ. Цель этого нововведения – не допустить использования процедуры банкротства в качестве инструмента уклонения от уплаты налогов.

Несмотря на то, что и до внесения изменений в Закон о банкротстве судебная практика допускала возложение субсидиарной ответственности на контролирующих должника лиц при наличии нарушений законодательства о налогах и сборах[9], с выделением этого обстоятельства как самостоятельного основания субсидиарной ответственности количество таких споров неуклонно растет[10].

По общему правилу, закрепленному в пункте 2 статьи 56 ГК РФ, учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, за исключением случаев, предусмотренных законом. Институт субсидиарной ответственности является одним из этих исключений.

Исключительный характер субсидиарной ответственности обусловливает необходимость осторожного и взвешенного применения данного института. Имеющий целью обеспечение защиты имущественных интересов кредиторов должника, он тем не менее не должен приводить к неоправданному переносу денежных обязательств с юридического лица на физическое. Иной подход сводит к минимуму фундаментальные отличия осуществления предпринимательской деятельности хозяйственными обществами и индивидуальными предпринимателями.

Практика АС Московского округа за период 2011-2016 гг., в том числе в части размера взыскиваемых сумм, в целом свидетельствует об эффективности института субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве должника. Зачастую этот институт становится последним, но крайне действенным способом защиты прав кредиторов, пострадавших от недобросовестных действий должника и контролирующих его лиц.

Полный текст обзора доступен на нашем сайте по ссылке.

[1] См. постановления АС Московского округа от 13.12.2016 г. по делу № А40-121487/2012; от 24.10.2016 г. по делу № А40-209810/2014; от 29.06.2016 по делу № А40-170904/2014; от 29.04.2016 по делу № А41-21203/2014, от 10.02.2016 по делу № А40-78154/2012).

[2] См. постановления АС Московского округа от 20.12.2013 по делу № А40-38068/10, от 30.10.2013 по делу № А41-23447/2010.

[3] См. постановления АС Московского округа от 12.12.2016 по делу № А40-99980/10; от 12.12.2016 по делу № А40-43571/2014; от 09.06.2016 по делу № А40-124599/2009; от 29.12.2015 по делу № А41-38510/2013; от 22.10.2015 по делу № А40-164885/2012; от 06.04.2015 по делу № А40-19841/2011.

[4] См. постановления АС Московского округа от 28.11.2016 г. по делу № А40-179975/2014; от 30.09.2015 по делу № А40-68319/2013.

[5] См. постановления АС Московского округа от 24.10.2016 г. по делу № А40-21477/13; от 29.12.2014 по делу № А40-108756/2011; от 22.12.2014 по делу № А40-77262/2009.

[6] См. постановления АС Московского округа от 15.09.2016 г. по делу № А41-209810/2014; от 17.04.2015 по делу № А40-42383/2011.

[7] См. постановления АС Московского округа от 02.07.2015 по делу № А40-97352/2012; от 26.06.2015 по делу № А40-159838/2012; от 20.11.2013 по делу № А40-25128/2008.

[8] См. постановления АС Московского округа от 30.11.2015 по делу № А40-96550/2013; от 24.09.2015 по делу № А40-133514/2011; от 20.06.2014 по делу № А40-35469/2010; от 12.05.2011 по делу № А41-25451/09.

[9] См. постановления Арбитражного суда Московского округа от 21.10.2015 по делу № А40-89736/2013; от 27.04.2015 по делу № А40-2215/12.

[10] См. постановления Арбитражного суда Московского округа от 28.11.2016 г. по делу № А40-140844/2013, от 21.07.2016 по делу № А40-4982/2015.

Источники:
http://zakonguru.com/bankrotstvo/yuridicheskix-lic/subsidiarnaa-otvetstvennost-4.html
http://zakon.ru/Blogs/subsidiarnaya_otvetstvennost_kontroliruyuschih_lic_pri_bankrotstve_dolzhnika_praktika_as_moskovskogo/57587
http://yaprav.ru/blog/post/privlechenie-k-subsidiarnoy-otvetstvennosti

Бесплатная консультация юриста по телефону:

Москва, Московская обл. +7(499)113-16-78

СПб, Ленинградская обл. +7(812)603-76-74

Звонки бесплатны. Работаем без выходных!

Ссылка на основную публикацию